Силовики «отрабатывают связи» участников полка Калиновского и других белорусских формирований, воюющих в Украине, а также уехавших за границу противников власти. Об этом сегодня заявили в МВД. В ведомстве добавили, что уехавшие за границу «экстремисты и террористы», а также воюющие в Украине добровольцы якобы вынашивают планы дестабилизации обстановки в стране. При этом недавно силовики задержали дядю и тетю девушки, которая уехала в Польшу и прошла там тренировку в лагере BYPOL. Но почему силовики открыто говорят о преследовании родственников белорусских добровольцев? Значит ли это, что таких же действий можно ожидать в отношении обычных активистов? Задали эти вопросы экспертам.
Политолог Валерий Карбалевич отмечает, что ситуация, когда политических оппонентов власть преследует с помощью репрессий, для Беларуси не нова.
— С момента начала правления Александра Лукашенко такое было всегда. Теперь силовики об этом откровенно пишут, и это говорит о том, что процесс политического террора углубляется и расширяется. Это напоминает политику революционного правосознания большевиков. Лидеры ЧК выдавали инструкции в адрес местных органов власти, где указывали, что если человек является представителем аристократии или буржуазии, то никаких доказательств его вины не надо, — говорит Карбалевич.
Он добавляет, что Лукашенко, выступая 7 марта на церемонии вручения госнаград, дал силовикам карт-бланш на то, «чтобы расширить репрессии на всех».
— Фактически из его заявлений следует, что все люди, которые каким-то образом причастны к протестной деятельности, автоматически становятся виновными в инциденте в Мачулищах. ГУБОПиК действует в полном соответствии с этим указанием. В таком случае родственники подозреваемых тоже становятся подозреваемыми. Насколько этот процесс может распространяться на других известных или неизвестных людей, сложно сказать. Однако он, очевидно, идет.
Политический обозреватель Александр Фридман отмечает, что в решении силовиков «отрабатывать связи» бойцов полка Калиновского «ничего удивительного нет».
— Все это полностью показывает стремление власти к сталинским практикам. Я бы отметил несколько моментов. Когда они все это делают и еще публично озвучивают свое намерение продолжать, они тем самым подчеркивают, что опасаются полка Калиновского. Это немножко не стыкуется с их пропагандой. С одной стороны, есть незначительное количество «беглых», которые якобы всего лишь фотографируются, «постятся». А что же получается в итоге? Кажется, все-таки какую-то опасность они представляют, раз силовикам нужно «отрабатывать» их контакты.
Второй момент, на который Фридман обращает внимание, связан с тем, что силовики об этом сообщают публично.
— Они могли бы все это делать без лишней огласки, но силовики откровенно показывают, что занялись этими людьми. Тем самым они пытаются запугать тех, кто находится за границей. И в первую очередь, конечно же, людей, которые живут в самой Беларуси. Третий момент, который я хотел бы выделить, к сожалению, печальный. Я думаю, что режим, который взялся за такие проверки, не стесняется их и говорит об этом совершенно открыто, будет переходить и к другим методам. Следом можно начинать шерстить родственников всех знаменитых и не очень людей, которые находятся за границей, — поясняет Фридман. — В качестве исторического примера могу вам привести историю с Троцким. Со всеми его родственниками и близкими знакомыми, которые были в Советском Союзе, власти расправились. Поскольку до Троцкого Сталин не добрался (ему позволили уехать), то репрессии коснулись всех людей, которые каким-то образом были с ним связаны, пересекались или занимали какие-то посты в его окружении. Это пример того, что может быть с режимом, который полностью развивается в духе сталинской традиции.
Социолог Геннадий Коршунов отмечает, что с приходом весны в Беларуси началось время «психологических обострений и посадок».
— Все вот эти практики вроде преследования родственников активистов, массовые «хапуны» были и будут всегда. Сейчас же очевидно, что для всего этого есть несколько причин. И в основном они, безусловно, связаны с тем, что произошло в Мачулищах. Режим увидел, что, несмотря на репрессии, несмотря на вот эти призывы Лукашенко перевернуть страницу, на создание комиссии по возвращению и на ряд других заходов, ничего не сработало. Люди режиму не верят. И что делать? У власти, по сути, вариантов нет. Многие эксперты, и я в том числе, неоднократно говорили, что репрессии будут продолжаться хотя бы по той простой причине, что у Лукашенко нет никакого инструмента к гражданскому примирению, нет никаких вариантов для улучшения экономической ситуации и нормального идеологического воздействия. К тому же с 2020 года фактически все силовые министерства получили огромную власть. Поэтому вот та очередная жесточайшая зачистка, которую Лукашенко анонсировал на прошлой неделе, в принципе была ожидаема и закономерна, — комментирует социолог.
По словам Геннадия Коршунова, этот процесс будет расширяться на разных уровнях. По его мнению, власти выбирают мстить политическим активистам без мысли о том, как это отразится на количестве профессионалов в стране.
— Сегодня, например, пришла информация про массовые задержания психологов и психотерапевтов. Я думаю, вот такие новые профессиональные группы будут включаться в этот ареал репрессий, потому что у власти огромный комплекс неполноценности. С одной стороны, они не видят иных способов, как коммуницировать с обществом. С другой стороны, получившие волю силовики будут продолжать наращивать масштабы арестов, чтобы доказывать свой профессионализм и лояльность высшим органам власти.
Читайте также
