Отвечать за оборону и национальную безопасность в новом Объединенном переходном кабинете будет бывший комбриг 38-й Брестской десантно-штурмовой бригады Валерий Сахащик. Тот самый, который в первые дни войны в Украине записал обращение к белорусским военным. Он рассказал, чем будет заниматься в новой должности.
— Мы все белорусы. Произошли трагические события, которые раскололи нацию. Я прежде всего хочу быть миротворцем. Я приложу все усилия, чтобы мы перестали быть расколотыми, перестали видеть друг в друге врагов. Да, к сожалению, та сторона, если не видит перед собой силы, игнорирует нас и не хочет общаться. Мы должны получить эту силу. Когда она появится, я надеюсь, ситуация изменится и все-таки диалог [будет] возможен. А может быть, он возникнет раньше. Может быть, в ближайшее время нам удастся прийти к диалогу. Я буду прилагать к этому усилия. И этот сценарий я считаю для себя главным.
— Но вы сказали, что возможен силовой сценарий в Беларуси. В каком виде? Гражданская война? Или полк Калиновского вместе с полком «Пагоня» пойдут на Беларусь?
— Я считаю трагедией любой гражданский конфликт в любой стране мира, а тем более на своей родине. Я буду делать все, чтобы до него не дошло.
— Как вы думаете, Зенон Позняк правда присоединится к Кабинету?
— Я в этом уверен.
— Но прозвучали слова от Светланы Тихановской, что после того, что говорил в ее адрес Зенон Позняк, довольно тяжело…
— Слушайте, мы все живые люди, мы все эмоциональные люди. Мы не знаем контекста, в котором это было. Может, было. Я буквально пару дней с ним общался. Он абсолютно конструктивно настроен. Он участвует в процессе, он ведет большую работу. Конечно же, я верю, что он скоординирует эту работу с нами. Более того, я уполномочен Светланой Георгиевной предложить ему добавить своих людей в состав Кабинета.
— А сам он в Кабинет не войдет?
— Спросим, может быть.
— Вы бы хотели его видеть?
— Ну конечно! Он очень заслуженный, мудрый человек. Опытный, знающий. Он принесет огромную пользу.
— Какое будет ваше первое решение в Кабинете?
— Первое решение не делать глупостей и проработать правовую сторону.
— А конкретно?
— Я не знаю, что вам сейчас сказать. Не пытайтесь меня подловить.
— Будут ли попытки создать альтернативную армию?
— Она фактически сейчас создается.
— И вы будете ее возглавлять?
— Слушайте, я все-таки, получается, фигура политическая, а не военная. Я вряд ли буду возглавлять эту армию. У нас есть какое-то количество офицеров, и это количество, я надеюсь, будет увеличиваться. Я должен создать условия для того, чтобы это получилось.
— А если настанет момент икс, тогда кто будет командовать армией?
— Если нужно — я буду командовать.
— И вы готовы брать ответственность за все, что потом произойдет?
— А что, может быть по-другому? Я рассматриваю как катастрофу вариант, что вооруженные силы, которые мы сформируем, пойдут в какую-то армейскую операцию в Беларусь, чтобы воевать с вооруженными силами, которые сейчас есть в Беларуси. Это будет следствием того, что мы не смогли сделать то, что могли. Я буду делать все, чтобы этого не произошло. Я надеюсь, что у меня получится.
— Есть способы сделать так, чтобы у нас была вроде бы силовая структура, но силового столкновения не произошло?
— Я думаю, что есть. Позвольте мне воздержаться от ответа на этот вопрос и не облегчать жизнь тем, кто будет противодействовать мне.
— Полк Калиновского заявил, что его представители не принимают участия в конференции. Соответственно, они, вероятно, не согласятся участвовать в инициативе.
— Полк Калиновского является основной движущей силой национально-освободительного движения. Это люди, которые ничего кроме уважения вызывать не должны. Мы договорились, что создадим какой-то совет безопасности — коллективный орган с участием военнослужащих наших белорусских подразделений. В первую очередь полка Калиновского. Поэтому мы будем работать вместе, ничего этому не препятствует. Это будет в интересах всех.
— А полк «Пагоня»?
— Естественно.